Среда, 18 Сен 2019, 14:40
Приветствую Вас Гость | RSS

МАУС и Ко.

Для входа тыкать здесь
Логин:
Пароль:
Мини-чат
Наш опрос
Что бы вы сделали, если бы ваша вторая половина пришла домой уже под утро и в жопу пьяная?

[ Результаты · Архив апросов ]

Всиво атветов: 69
Календула
«  Ноябрь 2010  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
1234567
891011121314
15161718192021
22232425262728
2930
Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
Писемерки
Rambler's Top100 Gougle.Ru Рейтинг тИЦ и PR
Главная » 2010 » Ноябрь » 9 » Записки из сумасшедшего дома. Побег
14:29
Записки из сумасшедшего дома. Побег
– Николаич, проснись, – тормошил я уснувшего соседа по палате.
– Чего?
– Уйти я хочу. Подмогни.
– Хуйня делов. Простынь порви и на дверной ручке вешайся на здоровье.
– Не, мне не навсегда.
– А-а-а… Тогда слушай. Там, в соседней палате, ремонт не доделали и дыру в потолке оставили. По веревке спустишься на первый этаж, а там возле туалета решетка на окне отогнута. Через него во двор, а через забор уже, где получится. Соседи напостой так за водкой ходят. Замок в палате, что у нас, что у них, никудышний совсем, ложкой открывается.

Открыл дверь, как сказал Николаич, и в коридор выглянул. Санитара не было на месте. Я быстро прошел к соседней двери и присел, чтобы открыть замок. Из палаты слышался тихий голос:
– Тогда-то я и изобрел машину времени: два раза по семьсот пятьдесят пшеничной и сразу – послезавтра. Мне удалось довести эксперимент до стадии дрессировки комнатных тараканов. Они мне тапочки и еду из кухни приносили. А потом заговор начали против меня плести, выселить решили. Жру, дескать, много. Забыли суки, кто в дом крошки носит. Они мне этим в чашу души моей фарфоровой, как в унитаз, насрали, бляди. Очерствел я тогда не на шутку и запил уж бесповоротно. На три дня вперед с перегрузками перемещался. Всё наше пьянство от засухи душ. После очередного запоя, провёл я тапко-карательную операцию, но тараканы смуту подняли и, покуда я пьяненький лежал, из квартиры меня через ЖЭК выселили. А потом мне сказали, что это были не тараканы, а жена моя и детишки единоутробные, а я их тапком захуярил. Тараканы у меня в голове оказались. Так я здесь и очутился. Наливай.
Второй замок открылся также легко, и я осторожно внутрь протиснулся. Психи густо засопели, изображая спящих.
– Ты кто? – спросил только что говоривший мужик лет сорока.
– Да не ссыте, это я, Лёха-плов из соседней палаты.
– Ты охуел, что ли, плов, так вламываться?
– Извините. Отвалить я хочу. Сказали, тут у вас дыра есть.
– Тут у каждого своя дыра. В голове. И у многих она черная. Выпить хочешь?
– Не откажусь.

Знакомство состоялось. Мне налили водки, и я накатил. Захорошело сразу, будто кто-то тумблер в голове включил. Кроме говорившего изобретателя, в палате оказались еще три человека: Плаксивый молдаванин, маньяк-пиздобол и ещё один чудик. Хуё-моё, о себе вскользь обмолвился, типа, ёбнутый повар с кулинарным синдромом. Налили по второй, разговор пошел. Молдаванин поведал, как он тут очутился.
Рассказ его был сбивчив и слезлив, к тому же сам докладчик шепелявил, как в страшном сне логопеда: вставлял самую редкую в русском языке букву «ф» совершенно неожиданно куда попало. Но оказался он в обезьяннике, а потом в дурке, из-за мягкого знака:
– Молдаванин?
– Нет.
– Скажи «болтик».
– Больтик.
– Пошли в отделение.
По его словам, его там старыми анекдотами замордовали:
– Почему молдаване не едят соленых помидор? Правильно, потому что голова в банку не пролазит. А если пролазит, то глаза щипет.
– И они видят, фто я фуфтвительный такой и фмеютфя, фмеютфя гады, – плакало дитя мамалыги. Рыдал так сука, будто не он всю жизнь цемент пиздил, а у него только что целый мешок въебали. Видно, жалили похабщиной в самое сердце патриота, скоты бездушные. Вот у человека кукушка и слетела, не вынесла тонкая психика плиточника-облицовщика издевательств и поклёпов.

Безобидный маньяк Коля с очень маленьким хуем и густыми бровями был на разливе. Трепло, а не маньяк, в общем-то.
– Знаете, все в этом мире относительно, – глубокомысленно изрёк он, – Моя жена, например, была очень недовольна моим размером хуя, пока я ей очко не продефлорировал. Крику было: «О! О! Окстись! Он такой большой»! Самоутвердился я тогда, конечно. А сперма-то – не воробей, так и так дети пошли… Отношения испортились. Может, быт заел: невыносимые скандалы, мусор… Да и сам я по специальности – морально заебать мастер. Моя не выдержала и клофелина мне в борщ подсыпала, чтоб я хоть один вечер покоя всем дал. Переборщила. Спеленали меня, когда я по вокзалу рваную жопу своей жены искал отдельно от владелицы, чтоб дорвать.
А теперь вот мне сны пророческие снятся. Давеча, например, батальон голых гаишников приснился, строем в какой-то коричневый тоннель марширующих, и тут же парад пидорасов по Москве разрешили. Или вот: прогалина в лесу привиделась, ни травинки на ней, лужок, можно сказать, лысоватый такой. И вдруг на него медведь выходит и как пёрнет, аж лес вокруг повалило, и зверье по кустам разбежалось. А на следующий день Лужкова сняли. Носил мужичок кепочку, а накрылся пелоточкой. Так-то…
Выпили по третьей, и мне захотелось ещё посидеть.

Оставшийся товарищ оказался злостный уклонист от нормы. Он делал крючкообразные пассы вокруг собственного носа, будто наматывал на палец некую невидимую соплю или ловил гадюк в чьём-то носу. Одет был в какие-то кальсоны с мантией, фасона «лучший друг сатаны», щетинился и подмигивал всем организмом, буравя пространство корявым пальцем. Периодически он выковыривал из воздуха виртуальную козявку, делал катышек и пулял в собравшихся: «Шпынь!». После чего заливался смехом, до того похожим на скрип ржавой двери, что хотелось плеснуть в его раззяванное хлебало машинного масла. Странный с виду был паренёк. Ну, как странный? Ебанутый.
– Почём килограмм бровей? – вдруг проскрипел он пиздобровому из угла и снова затих. Но ему тоже налили, всё чин чинарём. А этот хуйдодыр водку взял и мимо рта вылил.
– Твоими устами, да хуй сосать. Хлебай тогда из моей чаши терпения, Иуда! – и изобретатель протянул утку с мочой странному пареньку. Тот, не долго думая, снова пронес мимо рта подношение и, вылив всё себе на спину, молодецки крякнул. И вдруг, принюхавшись, снова всконаёбился:
– Чтоб у тебя во лбу хуй деревянный вырос, – вскрипнул он просто так, в окружающую среду, и стало понятно, чего он сюда попал: ну, дурак, ей богу.

Разлили еще по одной, и Коля снова мечтательно заговорил.
– Я, когда вылечусь, хочу постричься у парикмахерши с большими сиськами и короткими руками. И чтоб сиськи очень большие, а руки очень короткие. А потом пойти домой, к жене, где, как открытую книгу, увидеть приветливо раздвинутые ноги. И она доверчиво положит их мне на плечи. Эх… Или зайти по дороге к индивидуалке-горизонталке Любочке. Представляете, ну, до того эта пиздакля похабно выглядит, что посмотреть приятно. Так и манит меня лобком своим облезлым.
– Такое лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать, – проникся я картиной.
– Да, да! А еще лучше пощупать. И совсем уж отлично – выебать! О, манкость растворенной настежь пизды! О, соль морщинистой куницы! О, волнительная выпуклость клитора-гашетки! Давайте выпьем за тупость угла раскрыва женских конечностей!
Выпили и за тупость.

Но водка, как и все хорошее, закончилась, и я вызвался сходить за добавкой и блядями. Хуй знает, как так вышло, помню только, что долго искал в темноте выходное отверстие, а потом резко меня в сторону качнуло, и я пизданулся в искомую дыру. Нашёл, сука! Вы когда-нибудь проваливались в люк, ну, хотя бы канализационный? Это такая блять неожиданность! Аж хуёво немного. Разодрал спину о перекрытие, правая нога ушла вниз, а левая осталась наверху, так что я застрял эдакой нелепой раскорякой в продольном шпагате. Матня треснула, и под потолком первого этажа повисли в композиции «Люстра из дворца» мои правая нога, яйца и хуй. Ну, и жопа, естественно, тоже повисла. Такого нелицеприятного пиздоворота я не ожидал …
– Ууу, сука, – позвал я моих новых безумных друзей, которые решили, что я благополучно ушёл, и продолжали пиздеть о своём.
– Хуясе, Леха, ты шустрый. Принес? – это Колян долбоёб раньше времени обрадовался.
– Вытащите меня, – хриплю.
Психи бестолково засуетились, но ничего не вышло – застрял я плотно.

Через минут десять после провала, я вдруг почувствовал, что кто-то лижет мне яйца. Хорошо так лижет, тщательно. Собака или кошка отпадали: на такую высоту никакая бешеная тварь не допрыгнет, а если и допрыгнет, то нихуя она лизать не будет. В голову лезли только мишки-гамми и доброе гигантское кенгуру.
– Меня что-то лижет, – сказал я собутыльникам.
– А это, наверно, Вася-лизун. Он всё лижет, в женском отделении часто бывает, прижился. Медсестрички его сильно любят и пиздятинкой подкармливают, – изобретатель просветил.
– Ебись ты в лоб, Вася! Фу, лизун! Фу! – разволновался я, когда ощутил, что щекотание перешло в область жопы, а яйца обвили чьи-то щупальца. Мне реально стало страшно. В отчаянии я душисто отрыгнул перегаром и предупредительно пёрнул в воздух. Неизвестное существо только обрадовалось и игриво ткнуло мне пальцем в беззащитное очко. «Ой-ё-ё-ёй, блять, – подумал я, – Это какой-то неправильный Вася».
Я сжал мышцы, как плоскогубцы, да так сильно, что казалось, мог бы перекусить жопой стальную проволоку. Но буравчик вкручивался всё глубже, и у меня началась паника. Я дергался в дыре поёбаной мышью и тихо охуевал. Выход нашелся сам собой: я ещё раз громогласно бзданул, поднатужился и без предупреждения обосрался жидким свекольником. Завтрак, обед и ужин переварились в редкий понос с неповторимым бардовым оттенком и желтыми вкраплениями, который с ацким пердением вылетел из меня и густо залил всё сраным напалмом.
– Ты что пизданутый?! – завизжало подо мной что-то женское. – Я ж тебе приятно сделать хотела. Смотрю, застрял бедненький, симпатичный такой, а ты срать на меня вздумал?! Щас я тебе яйца-то повыдергаю! – она обхватила обеими руками мои яички и стала мотылять в разные стороны, будто звонила в колокола.
– Ааааааа, бля! Помогите! – запищал я фальцетом, лягнул ножкой, подался чуть вперед и неожиданно выпал из дыры: «Чпок, нахуй»! Всё смешалось: стремянка, баба и говно, а на всё это сверху голой жопой рухнул я.
Очнулся в палате. Рядом лежала молодая сумасшедшая с сиськами и переломом. В волосах светились бардовые бусинки говна. «Моя работа, – с удовольствием отметил я, – А она ничё… Как говорится, сову-то мы разъясним. Носик припудрить и вполне даже ебать можно». Задумался, конечно, как теперь яйца свои опухшие подкатывать и в какой позе при поломанной ноге лучше присунуть. Но это мелочи, тем более, мы в какой-то степени уже знакомы. Ну, если что-нибудь срастётся, так отпишусь сразу.

© mobilshark

Категория: Креативы | Просмотров: 342 | Добавил: S_Mouse | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
Присоединяйся!
Цытатнег рунета
Последние записи в дневнике
Облако тэгов
Mozilla Firefox µTorrent торрент Light Alloy проигрыватели Internet Download Manager работа trance Armin van Buuren животные собаки порно жесть Red Elvises Blank and Jones drum'n'bass СНГ Psychedelic breakbeat The Prodigy IDM позитифф карикатуры авторские фотоработы мультфильмы цитаты ЖЖ жопа еда отмечаем пятниццо! объявления Ленин демотиваторы lounge релакс коты понедельник кризис софт Дети анекдоты музыка Hed Kandi house забавные вывески моя милиция меня бережет надписи на заборах забавные названия сиськи Alex M.O.R.P.H. празднеки комиксы Мама Стифлера авто случайный кадр политики метро гопнеки мыши нахуй - это там видеоприколы форумы блондинки спорт кино TyDi топы Ambient мужчина и женщина деньги Markus Schulz Sean Tyas Pedro Del Mar реклама Google Птицы Барак Обама Рыбы фото природы ценники фотожабы Ferry Corsten тв книги Медведев сказки погода - трындец Ф1 красотища бля! секс музеи небоскребы любофф самолеты путешествия Aly & Fila Bobina Путин +100500 пятничная фотоподборка
Поиск
Прогноз погоды